Олег НиколаевГлава ГК «Далпорт», член генсовета «Деловой России», основатель винодельни «Остров Олега Николаева»

Внедрение цифрового рубля более-менее обретает свои контуры, по крайней мере, временные периоды уже оговорены в законе, а не просто в планах. Крупнейшие банки и торговые компании с выручкой более 120 млн рублей в год будут обязаны обеспечить возможность оплаты товаров и услуг цифровыми рублями с 1 сентября 2026 года. На год больше дается на подготовку банкам с универсальной лицензией и торговым компаниям с годовой выручкой от 30 до 120 млн рублей. Всем прочим банкам и продавцам – еще год плюс, до 1 сентября 2028 года. Торговые организации с годовой выручкой менее 5 млн рублей от обязанности подключаться к инфраструктуре цифрового рубля освобождены (пока). Бюджетная система идет по своему таймлайну. С 1 января 2026 года цифровой рубль смогут использовать для всех расходов федерального бюджета и зачисления в него доходов. С 1 июля 2027 года тот же порядок начнет действовать в отношении региональных и местных бюджетов. Гадать, чем это все обернется - как скажется на прибыльности банковской сферы, насколько увеличит эффективность движения денег внутри бюджетной системы, какие новые формы социальной поддержки породит - пока что нет смысла. Слишком велик переворачиваемый пласт. Нам предстоят пертурбации куда посерьезнее любых «честных знаков» и прочих порождений государственной цифровизации. Пока интересно только одно. Вот эти рекордные прибыли банковской сферы, о которых нам только что сообщили на фоне стагнации промышленности – это что, накопление жирка перед будущим похудением? Нет, понятно, что банки – это один из удобных для государства насосов для перекачки денег в бюджет через налоги. Достаточно взглянуть, как Сбербанк вытянул своими дивидендами положение дел в федеральном бюджете в третьем квартале. А как будет со следующего года? Вопросов пока гораздо больше, чем ответов.