Алексей ВойлуковМВА-профессор бизнес-практики по цифровым финансам РАНХиГС, автор ТГ-канала "Цифровые финансы"

Уже неделю не утихает жаркая дискуссия вокруг практики предоставления маркетплейсами значительных скидок при оплате картами их дочерних банков. Эта ситуация привлекла внимание регулятора, который неожиданно быстро и интенсивно выступил на стороне банковского сообщества, в то время как объединения торговых площадок защищают противоположную позицию. Сложившаяся практика является неоднозначной и своеобразной, поскольку маркетплейсы, пользуясь своим динамичным развитием и агрессивной политикой, фактически создают дискриминационные условия. Они вынуждают потребителей открывать счета в дочерних банках и выпускать их карты, чтобы получить доступ к ценам, которые на 5, 10, 15 и даже больше процентов ниже, чем при любом другом способе оплаты. Экономическое обоснование таких значительных скидок остается под большим вопросом, поскольку комиссия за эквайринг для крупных площадок обычно не превышает 1,5%. Поэтому величину скидок никак нельзя объяснить одной лишь экономией на эквайринге при оплате «своими» картами. Есть еще минимум две причины. Во-первых, площадки могут изначально завышать стоимость товаров, пользуясь своими логистическими преимуществами перед офлайн-сетями, а затем искусственно занижать ее для «своих» платежных средств. Тем самым создается иллюзия выгодной скидки. Во-вторых, это очевидный маркетинговый ход, целью которого является привязка клиента к своей экосистеме и агрессивное наращивание аудитории. При этом маркетплейсы пользуются и другими скрытыми преимуществами, которые пока не попадают в фокус внимания регулятора. Например, они полностью отказались от приема наличных денег, что позволяет им экономить на затратах, связанных с инкассацией, хранением наличности и работой с кассой. В то же время другие участники рынка не могут себе позволить такой роскоши, рискуя получить предупреждения или штрафы. Этот вопрос почему-то остается без должного внимания. Еще один важный аспект — это деятельность дочерних банков маркетплейсов, которые аккумулируют на своих счетах миллиарды рублей, вынуждая клиентов держать там деньги для получения скидок. Эти средства, по сути, не направляются в экономику или развитие бизнеса, а размещаются на депозитах в ЦБ или в межбанковских кредитах, принося финансовым структурам доход порядка 15% годовых практически на бесплатных деньгах клиентов. Часть этого дохода затем возвращается покупателям в виде тех самых скидок, создавая иллюзию заботы, хотя на деле это хорошо продуманная финансовая схема. Маркетплейсы пытаются провести параллель с программами лояльности банков и торговых сетей, которые также предлагают скидки и кэшбэк. Однако ключевое отличие заключается в том, что классические программы поощряют постоянных клиентов, не деля их по тому, чем они расплачиваются. В случае же с маркетплейсами скидка жестко привязана к использованию карты конкретного дочернего банка, что является прямым признаком дискриминации. Если бы скидки предоставлялись постоянным покупателям, увеличиваясь с ростом объема их покупок, как это принято в офлайн-среде, подобных вопросов бы не возникало. Более того, если бы дочерние банки маркетплейсов работали по классической схеме, предоставляя кэшбэк за оплату своими картами не только на родной площадке, но и везде, а цена товара для всех покупателей была бы единой, то и это не вызывало бы претензий. Клиент тогда самостоятельно и осознанно выбирал, нужен ли ему этот банковский продукт для получения дополнительного вознаграждения. Но предложение же ЦБ полностью запретить маркетплейсам предоставлять любые скидки и кэшбэки, а также продавать продукты дочерних банков, выглядит избыточным и может привести к перекосу в пользу финансового сектора. Это уже не уравнивание условий, а создание для банков неконкурентных преимуществ. Логично, что если такое требование будет введено, его придется распространить и на банковские экосистемы, которые также продвигают свои продукты на собственных площадках. И главное, что такой запрет не решит проблему добросовестной конкуренции, а, напротив, может разрушить платформенную бизнес-модель, что в конечном итоге негативно скажется на потребителе, который не только не выиграет, но и потеряет. В перспективе же практика, когда каждый крупный ретейлер будет иметь свой банк и привязывать к нему клиентов через эксклюзивные скидки, может привести к абсурдной ситуации. Потребителю придется носить с собой десятки карт или делать дискриминационный выбор в пользу того магазина, где он тратит больше, а не того, где лучше условия обслуживания. А это вступает в противоречие с законопроектом об ограничении количества карт до десяти. Поэтому для разрешения ситуации необходим взвешенный подход, направленный на приведение практик к единому, недискриминационному знаменателю, а не на радикальные запреты, способные навредить всей рыночной экосистеме.